|
|
Воспоминания о художнике
1-2
И. Э. Грабарь. Борис Михайлович Кустодиев
Я писал ответ на полученное мною от Бориса Михайловича письмо — быть может, одно из последних, им написанных, — когда мне сообщили по телефону о его кончине. Она была неожиданной и случайной, несмотря на то что этот художник-подвижник уже тринадцать лет1 был прикован к креслу, с которого не сходил и сидя на котором создал большую и лучшую часть оставленного им огромного художественного наследия.
Он поступил в Академию художеств в 1896 году, когда я уехал уже за границу. Впервые я услыхал о нем от Репина, когда, вернувшись в Россию в 1901 году, навестил нашего общего учителя. Репин работал тогда над картиной «Заседание Государственного совета по случаю столетнего юбилея», и я знал, что при исполнении картины ему помогают его ученики, но кто именно, мне было неизвестно.
Репин, умалчивая, по обыкновению, о собственных работах, с увлечением говорил о чужих, рассказывал о своей академической мастерской, о замечательных талантах Подробнее >> Словарь >> среди его учеников, особенно при этом выделяя Кустодиева, которого называл «богатырем живописи Подробнее >> Словарь >>». Вскоре я узнал, что над его картиной работают двое из учеников мастерской — Кустодиев и Куликов, которых Репин считал самыми сильными... С первым из них я познакомился несколько времени спустя при вторичном посещении Репина. Он показал мне множество этюдов и рисунков, сделанных с разных сановников в мундирах, с звездами и лентами, часть их была исполнена одновременно самим Репиным и обоими учениками, часть только учителем, а некоторые только учениками. Позднее я увидел и самую картину, еще в работе.
Работа была коллективной, но не в современном смысле этого понятия, а в том его значении, которое можно применить к работе мастерской Рубенса. Хозяином, командиром и истинным творцом оставался сам мастер, ученики были только его послушными руками. Весь смысл их работы сводился к тому, чтобы по возможности не выделяться, не выставлять напоказ своего лица, прятаться за учителем, подделываясь под его манеру и его стиль. Этого требовало веление стилистического единства, художественного ансамбля. И все же юношу Ван Дейка уже можно узнать в некоторых коллективных работах мастерской Рубенса, несмотря на весь гипноз мастера. Совершенно так же при внимательном рассмотрении репинской официальной картины можно без труда узнать руку будущего Кустодиева: вся правая половина картины написана им, частью по этюдам Репина, частью по собственным.
К концу 1903 года картина была окончена. Кустодиев пишет ряд сложных портретов, обычно в рост н в величину натуры: своего брата на воздухе, в солнечный зимний день2, художника Билибина в курьезном длиннейшем синем сюртуке «под Онегина», который он носил в ту пору, жены художника, купленный Русским музеем, гравера Матэ, художника Богословского и многих других. Кустодиевские портреты выделялись на тусклом фоне академических выставок как произведения мастера, они были в центре внимания, автора приглашали на все выставки, он стал известностью. Только «Мир искусства» оставался равнодушным к восхождению нового светила: несмотря на горячие настояния некоторых членов дягилевского кружка, особенно Е. Е. Лансере, он не был приглашен ни на одну выставку журнала. Тогдашняя живопись Подробнее >> Словарь >> Кустодиева казалась Дягилеву, Баксту, Серову слишком пресной, художественное лицо его недостаточно индивидуальным.
И действительно, в искусстве Кустодиева 1900—1904 годов не было еще острой наблюдательности, появляющейся у него с 1905 года, не было тех специфических тем, того особого подхода к жизни крестьян, мещан, горожан, волжских «купчих» и всякого провинциального люда, с которыми навсегда связано имя Кустодиева.
Однако, устраивая в 1906 году историческую отныне выставку русского искусства в парижском «Осеннем Салоне», Дягилев берет уже три его портрета, в том числе замечательный холст Подробнее >> Словарь >>, изображающий семью Поленовых — отца, мать и дочь на фоне деревенского пейзажа, на террасе дома. Одной фигуры стоящей справа девушки в синем ситцевом платье, с чудесно написанной головой, было достаточно, чтобы оправдать приобретение этой значительной картины русской школы живописи Подробнее >> Словарь >> в Третьяковскую галерею Подробнее >> Словарь >> или Русский музей и не дать ей уйти куда-то в Будапешт3.
1 Неточность автора: Кустодиев был «прикован к креслу» с 1916 года. 2 Автор допускает ошибку. Речь идет, по-видимому, о портрете А. П. Варфоломеева, исполненном в 1902 году (масло, музей в Мальме, Швеция). 3 «Портрет семьи Поленовых» был приобретен не будапештским музеем, а музеем Бельведер в Вене Подробнее >> Словарь >>.
1-2 |